Полицейские-фантазёры на службе у Ходырева

В Королёве служат полицейские, готовые исполнять противоправные распоряжения и лжесвидетельствовать. Этот факт не сильно впечатляет, пока не сталкиваешься с этим лично. Тогда понимаешь, насколько эти люди, которым доверено наше спокойствие, на самом деле опасны для общества. Сегодня они оговорили невиновного на штраф, а завтра?” Р.Иванов  – главный редактор портала Честный Королёв.

Полицейские-фантазеры на службе у Ходырева. Айнулов и Карасев в суде

5 апреля королёвская полиция задержала на ул.Соколова возле домов №2 и №4/1 главного редактора информационного портала Честный Королёв. Произошло это во время схода местных жителей, которые были недовольны прокладкой ливневой канализации через Верхний Комитетский лес и договорились о встрече с Главой города А.Ходыревым.

ЧК писал ранее – “99 сантиметров и сутки в камере”

Скорее всего, стражи порядка выполняли чьё-то неофициальное распоряжение (несложно догадаться, от кого оно поступило), а потому, решив, что поводом может послужить нарушение социальной дистанции 1,5 метра, отвезли Романа Иванова в Болшевское отделение полиции, где предъявили обвинение по статье 19.3 КоАП (неповиновение законным требованиям сотрудников полиции). Скандал получился громкий, так как задержанный журналист провел сутки в камере.

ЧК писал ранее – “Арест Романа Иванова – заказ Юрия Копцика?”

Суд так и не принял материалы дела по нарушению санитарно-эпидемиологических правил. С третьего захода судья И.В.Ромашин всё же рассмотрел дело по 19.3, в котором отсутствовал исчезнувший протокол задержания, и признал Романа Иванова виновным, сославшись на показания полицейских. Суды, к сожалению, в большинстве случаев встают на сторону сотрудников внутренних дел.

Два начальника Болшевского отдела полиции, подполковники И.В.Айнулов и С.В.Карасёв не просто дали ложные показания в суде, они сочиняли на ходу какие-то фантастические сказки. Возможность опросить их как свидетелей, пожалуй, стала главным положительным моментом в этом судебном процессе. Все, кто находились в этот день в этом месте, теперь имеют возможность ознакомиться с этими показаниями. Как, впрочем, и любые заинтересовавшиеся этой историей, потому что забавного в ней, и правда, немало.

В ближайшее время решение суда будет обжаловано, а в отношении действий сотрудников полиции предстоит серьёзная проверка со стороны компетентных органов.

Пока же все желающие могут насладиться как судебными материалами, так и показаниями свидетелей, полученными отдельно, поскольку судья И.В.Ромашин не захотел выслушать их.   

Показания выложены полностью

1. С.В.Карасёв – начальник участковых

2. И.В.Айнулов – начальник Болшевского отдела полиции

3. Н.Старостин – свидетель, выступивший в суде

4. 5. 6. Евгения, Инга, Мария – жители домов на ул.Соколова. Судья отклонил ходатайство о привлечении их в качестве свидетелей.

7. Решение судьи И.В.Ромашина

   С.В.Карасёв – начальник участковых Болшевского отдела полиции

Карасёв – 5 апреля я находился на своём рабочем месте, был ответственным по отделу. В обеденное время от дежурного поступила информация, что собралась большая компания граждан у дома 4/1 по ул.Соколова, в нарушение режима самоизоляции. Я выехал туда, совместно с руководителем Болшевского отдела. Нами была обнаружена большая толпа граждан, которые о чем-то переговаривались и обсуждали прокладку ливневой канализации. Я начал общаться с гражданами и выяснил, что граждане требуют проверить законность производимых работ. Я проверил законность, документы были предъявлены в полном объёме. Гражданам разъяснил, что с документами всё в порядке. После чего стал разъяснять не каждому, а в общем, о необходимости покинуть это место, поскольку они находились близко друг к другу и нарушали режим самоизоляции и постановление Главного санитарного врача Московской области. Получив от меня информацию, граждане стали расходиться. В итоге остался на тот момент не знакомый мне гражданин, как потом я в ходе общения с ним узнал – Иванов Роман Викторович. Он приблизился к одному из граждан, к кому я сейчас не помню, и стал с ним переговариваться. Поскольку была нарушена дистанция, я ему сделал замечание по этому поводу. Иванов не отреагировал. И сказал, что он будет находиться сколько ему нужно, будет вести себя, как угодно. Я неоднократно высказал ему требование покинуть это место. Но он отказывался это сделать. В итоге сотрудники ППС препроводили его в служебный автомобиль. В автомобиль он пошёл добровольно. В отделе полиции он был привлечён по административной ответственности по 19.3 за «неповиновение законным требованиям сотрудников полиции».

Судья – Вы к Роману Викторовичу непосредственно обращались в связи с тем, что он нарушил дистанцию?

Карасёв – Да, конечно. То, что он нарушал дистанцию, конкретно к нему я обратился, потому что он там оставался практически один. Оставалось ещё только два-три человека, но они находились на удалении друг от друга, за исключением Романа Иванова.

Судья – Он как-то пояснил своё поведение, в связи с чем он совершал правонарушение?

Карасёв – Нет. Он сказал, что он будет здесь находиться сколько угодно, ему все равно, на чьи-либо постановления, уходить он никуда не будет и увеличивать дистанцию он также не собирается.

Адвокат – Вы когда обратились к моему подзащитному, сколько в это время в этом месте было граждан?

Карасёв – Я же сказал, 2–3 человека стояло ещё.

Адвокат – То есть он к одному из них стоял близко?

Карасёв – Поблизости. Потому что некоторые уже уходили, некоторые на удалении 2-3 метра. Опять же, рабочие там ещё находились.

Адвокат – К кому именно из граждан он стоял близко?

Карасёв – Не могу сказать.

Адвокат – Описать вы его можете?

Карасёв – Нет.

Адвокат – Как именно вы определили расстояние между моим подзащитным и другим гражданином?

Карасёв – Он стоял к нему практически вплотную, а в постановлении Главного санитарного врача сказано: не менее 1,5 метров.

Адвокат – Точное расстояние вы не можете озвучить?

Карасёв – от 30 до 50 сантиметров.

Адвокат – Вы объяснения с человека, к которому он стоял близко, не взяли.

Карасёв – После того, как мы отвели Иванова к автомобилю, там пообщались, данного гражданина уже не было. Наверное, он испугался ответственности и покинул данное место.

Адвокат – Когда вы предъявили требования к подзащитному, что он вам дословно сказал?

Карасёв – Смысл сводился к тому, что я уже озвучивал, а дословно я уже, к сожалению, не помню. Ну… «Мне всё равно на постановления. Как хочу, так себя и веду». Смысл сводился к этому, это не конкретно такими словами он выражался.

Адвокат – Осуществлялось ли съёмка ваших действий, как вы предъявляли требования?

Карасёв – Лично я съёмку не осуществлял.

Адвокат – При доставлении в отдел, помимо протокола по 19.3, какой-то протокол ещё составлялся?

Карасёв – Да. По 6.3. Он сейчас находится на рассмотрении в суде.

Адвокат – Сколько в итоге времени провёл в вашем отделе Роман Иванов?

Карасёв – На следующий день был отпущен. После доставления составили административный протокол, после чего он был помещён в камеру и на следующее утро он был доставлен в суд. После суда он был отпущен, потому что рассмотрение было перенесено.

Адвокат – Протокол задержания составлял ваш подчинённый.

Карасёв – Его составляет дежурная часть. Конечно, он был составлен. Без протокола задержания мы не можно поместить его в камеру.

Роман Иванов – Перед тем как объявить о моём задержании вы подозвали меня к себе.

Карасёв – Я вас не подзывал. Я стоял рядом с вами, но я вас к себе не подзывал.

Роман Иванов – Я утверждаю, что подзывали и попросили объявить людям, чтобы они шли по домам. Было такое или нет?

Карасёв – Нет. Я сам всё разъяснял гражданам, и также им разъясняли мои подчиненные.

Роман Иванов – В тот самый момент, когда мне было предъявлено нарушение социальной дистанции, что я задержан, я находился рядом с кем-то или стоял один?

Карасёв – Вы находились рядом с кем-то. Поэтому я к вам и обратился. Потому что до этого вы передвигались и подошли в плотную к человеку на расстояние от 30 до 50 сантиметров и стали с ним о чём-то общаться. Я подошёл, сделал вам замечание, вы не отреагировали.

Роман Иванов – Что я вам отвечал, и какие вопросы вы мне задавали? Потому что вы приписали мне сейчас те слова, которых я не говорил.

Карасёв – Я не помню конкретных слов. Но смысл их сводился к тому, что вы отказывались выполнять мои требования.

Иванов Роман – Если вы утверждаете, что я находился близко к другому человеку, почему вы предъявили требования только ко мне?

Карасёв – Потому что вы к нему подошли, а не он к вам. Поэтому, в первую очередь, я стал общаться с вами. И пока мы разбирались с вами, второй человек уже покинул данное место.

Иванов Роман – Этого человека вы не знаете, и допросить мы его не можем.

Карасёв – Логически выходит так.

Судья – Иванов показывал вам удостоверение, говорил, что он выполняет какое-то задание?

Карасёв – Мне он никаких документов не предъявлял. Но я в этот же вечер поговорил с моим подчинённым Глазковым В.В., который мне пояснил, что данный гражданин просто прогуливался в этом районе и, увидев скопление граждан, подошёл ради интереса. Ни о каком редакционном задании речи не шло.

И.В.Айнулов – начальник Болшевского отдела полиции

Айнулов – Официально у меня был выходной день, но я находился на службе в связи с введением усиленных норм. В связи с режимом повышенной готовности, введённом указом Президента. Поступило сообщение, что возле дома 4/1 на ул.Соколова собралась группа граждан и, возможно, там происходит нарушение режима самоизоляции. Я, Сергей Карасёв и другие сотрудники прибыли туда. Там находилась группа граждан, которая показывала своё недовольство проведением строительных работ. Хотя, согласно указу Президента, работы тогда могли производиться. Гражданин по фамилии Иванов там тоже находился. Мы начали вручать всем уведомления, установленные законом, о необходимости соблюдать режим самоизоляции. Чтобы все шли по домам. Силком не заставляли, а поясняли, что вы – разумные люди, сейчас эпидемия, есть соответствующие постановления. Там женщины и мужчины были возрастом 65+, которые наиболее подвержены опасности. Гражданин Иванов уходить не хотел. Приближался к гражданам и очень близко общался с ними. Моё мнение, что гражданин Иванов мог являться организатором всего этого сбора граждан. Ему начальник участковых Карасёв разъяснил в моём присутствии, что необходимо покинуть данное место, во избежании конфликтных ситуаций, что могут пострадать другие люди. Ему разъяснили нормы постановления Губернатора, нормы постановления Главного санитарного врача. Иванов проявил негодование по этому поводу. Он сказал: «Я никуда не уйду. Буду находиться здесь». Карасёвым ещё раз было доведено до его сведения. Потом я лично объяснял ему ситуацию. Я находился в гражданской форме одежды, так как на службе в тот момент не был. Но человек общался, приближался ко всем на близкое расстояние, общался. Там ещё был такой Старостин. Он прям очень-очень близко на него наседал, о чём-то с ним беседовал. Ему указывалось на необходимость прекратить все эти действия. Он злостно не повиновался. Говорил: «Я не буду этого делать. Мне всё равно и на ваших санитарных врачей, на губернаторов. Я никуда не уйду». Соответственно, он был препровождён в дежурную часть, где и был составлен протокол.

Судья – Карасёв непосредственно к нему обращался или ко всем присутствующим?

Айнулов – Сотрудников полиции прибыло очень много, около 20 человек. Они раздавали уведомления. А непосредственно к этому гражданину обращался Карасёв и я.

Судья – И каким образом Иванов отреагировал на ваше обращение?

Айнулов – Он их игнорировал. Чётко указал и сказал своим поведением, что ему плевать на нормы, введённые Губернатором Московской области и Главным санитарным врачом Российской Федерации. Я точно доподлинно помню, что он говорил: «Мне всё равно. Я никуда не уйду. Можете меня арестовывать и вообще, что хотите со мной, то и делайте».

Судья – Он пояснял, почему он там находится?

Айнулов – Никаких разъяснений он нам не давал. Там группа лиц была, которую он возможно с собой привёл. Но я это не утверждаю. Эти лица проявляли там негодование, какую-то конфликтную ситуацию с полицией провоцировали. Они пререкались, заявили: «А что это такое? Не имеете права». Там были нагнетатели всей этой ситуации. Очевидцами этого были и сотрудники полиции, и присутствовавшие гражданские лица.

Судья – Может он пояснял, что находится тут по служебным обязанностям?

Айнулов – Нет. Никаких документов, удостоверяющих личность, он не предъявлял. 

Адвокат – Вы лично обращались к подзащитному?

Айнулов – Да.

Адвокат – Что именно вы ему говорили?

Айнулов – Я разъяснял ему, конкретно, постановления, их номера, номера указов президента, действовавшие на тот момент. Объяснял Карасёв, а также я. Я разъяснял дополнительно, потому что он категорически не реагировал.

Адвокат – Что дословно мой подзащитный говорил вам?

Айнулов – «Мне всё равно на эти постановления, на указы. Я никуда не уйду». Но дословно я не могу вспомнить.

Адвокат – Велась ли полицией видеосъёмка?

Айнулов – Там очень много было людей. Я не снимал. Гражданские лица, возможно снимали. Я не исключаю.

Адвокат – Вы сказали, что там было много граждан, помимо Иванова.

Айнулов – Граждане покинули, добропорядочно. Осталась представитель инициативной группы из ближайшего дома. Мы ей все разъяснили, я обменялся с нею телефонами, я обещал, что мною будут запрошены из администрации города документы, касающиеся этих работ. Потом мы всех строителей забрали в полицию, чтобы побеседовать с ними.

Адвокат – Сколько находилось граждан…

Айнулов  – Много, я их не считал.

Адвокат – Меня интересует отрезок времени, когда вы предъявили требования к Иванову?

Айнулов – Гражданских лиц?

Адвокат – Да, конечно.

Айнулов – Около 20 человек. Я не считал. Это надо смотреть, сколько уведомлений им было выдано. Потому что, большая часть людей, добропорядочных, обычных жителей, которые к этой инициативной группе, по моему мнению, отношения не имели, ушли спокойно. Они пояснили, что им стало интересно, они просто подошли, им сказали – присоединяйтесь.

Адвокат – Можете описать того человека, с которым предположительной мой подзащитный нарушил дистанцию?

Айнулов – Таких граждан было много. Один из них – гражданин Старостин, есть такой у нас деятель, который имеет отношение к партии «Яблоко». Иванов стоял, буквально у него на плече висел и говорил ему что-то на ухо. Причём сами граждане, которые там были, провоцировали нас, говоря, что мы социальную дистанцию не соблюдаем. Мы им объяснили, что мы в масках, в перчатках, как можем, себя защищаем, что вам ввели режим самоизоляции, значит, вам необходимо сидеть дома, чтобы вы не пострадали. А Иванов – он ходил, со всеми общался. Он ходил в сопровождении двух или трёх граждан в чёрных масках, которые очень яро его защищали. Они нарушали дистанцию, говорили ему что-то на ухо. Советовали что-то. Возможно, если кто-то снимал на видео, это видно. В тот момент, когда Карасёв делал ему внушение – точно так было.

Адвокат – Вы говорите, что мой подзащитный является организатором этого события.

Айнулов – Я это предполагаю. Я имею право.

Адвокат – Но не в судебном заседании. Здесь только фактические данные.

Адвокат – Вы брали объяснения у гражданина, с которым Иванов нарушил дистанцию?

Айнулов – Я лично не брал. Я дал распоряжение взять у необходимых людей объяснения и вручить уведомления.

Роман Иванов – Кто из ваших сотрудников определил дистанцию от меня до другого человека, как он это сделал?

Айнулов – Он висел у вас на плече и говорил вам что-то на ухо. Если вы разрешите, я к вам приближусь и покажу суду как это было, чтобы было понятно.

Роман Иванов – Значит это нулевая дистанция была. Мы стояли, обнимались.

Айнулов – Практически так и было. Фамилия его – Старостин. Причём это происходило в течение трёх или четырёх минут, в течение всего диалога, когда Карасёв уведомлял Вас (обращается к Роману Иванову) о нарушении, что вам нужно отсюда удалиться, сократить дистанцию, а Вы это игнорировали.

Роман Иванов – В тот момент, когда, как вы утверждаете, мы стояли со Старостиным, обнимались, сколько ещё людей находилось в этом месте?

Айнулов – Не могу сейчас чётко сказать.  

Роман Иванов – После появления полиции, через какое время я был задержан?

Айнулов – Затрудняюсь ответить.

Роман Иванов – Ну, вы приехали все вместе.

Айнулов – Не могу сказать. Я не знаю, во сколько приехал первый наряд полиции. Я приехал позже.

Роман Иванов – К кому-то ещё, кроме меня, сотрудники полиции предъявляли персональные требования?

Айнулов – Девушке. Она была в чёрном одеянии, похожем на рясу священника, в чёрной маске. Те, кто были в вашем окружении, постоянно ходили рядом и были в чёрных масках. Гражданину Старостину говорили. Практически всем. Причём, люди спокойно удалялись, говорили «извините». Даже кто конфликтно это воспринимали, с пониманием удалялись.

Роман Иванов – Когда меня задерживали, сколько там оставалось жителей?

Айнулов – Часть жителей начинала расходиться, в основном пенсионеры. Потому что именно им необходимо в первую очередь находиться дома. Частично уже народ разошёлся.

Роман Иванов – Остальные в этот момент оставались там?

Айнулов – Оставались и беседовали.

Роман Иванов – Почему, если мы находились на нулевой дистанции с гражданином Старостиным и я был за это задержан, вы не задержали и Старостина?

Айнулов – Старостин сам попросил у нас уведомление. Получил его. Извинился. Сказал, что всё прекрасно понял и удалился.

Роман Иванов – Если вам кажется, что два человека находятся на слишком близком расстоянии друг к другу, как вы определяете, кто является нарушителем? Может, нарушителей двое?

Айнулин – Потому что, вы не только к нему подходили. Вы подходили ко многим. И вам делали об этом замечания.

Роман Иванов – Мы можем взять показания этих людей?

Айнулин – Если их данные были установлены, то без проблем.

Роман Иванов – Всё равно странно, если мы стояли, обнимались, почему виновен в этом я?

Айнулов – Потому что вас всё время уведомляли о нахождении на социальной дистанции. Вы это игнорировали. И помимо Старостина общались с другими людьми. О чём-то всё время советовались с ними.

Роман Иванов – Какие ко мне конкретные требования предъявлялись?

Айнулов – Удалиться и соблюдать безопасную дистанцию.

Иванов Роман – Что значит – удалиться?

Айнулов – Удалиться – это значит, покинуть это место.

Иванов Роман – Как покинуть? В каком направлении?

Айнулов – В первую очередь, вам предъявлялись требования в соблюдении безопасного расстояния. Несколько раз мы это сделали. Вы сказали: «Я ничего соблюдать не буду. Уходить никуда не буду. Это моё дело. Я на ваши постановления и на ваши указы – плевал».

Иванов Роман – Я сказал слово «плевал»?

Айнулов – Нет. Слова «плевал» не было. Это я образно.

Иванов Роман – А какое слово я сказал?

Айнулов – «Мне всё равно»

Иванов Роман – Я сказал «Мне все равно»?

Айнулов – Да. «Я никуда уходить не буду. Можете меня арестовывать».

Иванов Роман – Вы утверждаете, что обращались ко мне несколько раз.

Айнулов – Карасёв к вам обращался несколько раз. Я к вам обращался. В корректной форме.

Иванов Роман – Во время какого из ваших обращений я сказал, что мне плевать и мне всё равно? И кому из вас я это сказал?

Айнулов – Стояли мы напротив вас. Я и Карасёв. Это точно. И, возможно, ещё кто-то из сотрудников полиции.

Иванов Роман – На какое именно ваше обращение я таким образом отреагировал?

Айнулов – Когда я начал разъяснять вам нормы документов, на которые уже ранее указывал.

Иванов Роман – Один раз я так отреагировал? Или на каждое обращение?

Айнулов – Вы так отреагировали несколько раз. Не могу сказать точно, сколько раз. И на обращения Карасёва, и на мои обращения. Вы явно показывали свое недовольство.

Иванов Роман – Каждый раз я говорил, что мне всё равно?

Айнулов – Вы не всё время говорили такие слова: «Мне всё равно. Я не уйду». Вы точно сказали: «Я точно никуда не уйду, мне всё равно на эти указы и документы».

Иванов Роман – Я один раз так сказал?

Айнулов – Ну несколько раз. Я не могу сказать, сколько точно. На Карасёва обращения, на моё обращение вы так реагировали. Карасёв не менее четырёх раз вас предупреждал, что необходимо прекратить нарушение. И разъясняли вам все нормы административного законодательства.

Иванов Роман – Такого не было ничего.

Айнулов – А я вот помню, как лично вам разъяснял нормы статьи 6.3. и 19.3. «о неповиновении законным требованиям сотрудников полиции». Однозначно я заявляю об этом со 100% уверенностью.

Иванов Роман – Когда, как вы утверждаете, вы мне всё это разъясняли, жители уже расходились?

Айнулов – Не могу сказать. Я был сконцентрирован на вас.

Иванов Роман – В тот момент, когда меня задерживали, я находился на близком расстоянии к другому человеку?

Айнулов – Вокруг вас граждане находились. Гражданские.

Иванов Роман – Как вы сейчас пояснили, я приблизился к гражданину Старостину…

Айнулин – Я не говорю, что именно к Старостину. Ко многим. Вы игнорировали законные требования сотрудников полиции, неоднократные.

Иванов Роман – С кем я близко стоял в тот момент, когда…

Айнулов – Я не всех знаю граждан по имени, по фамилии. Я просто вам привёл в пример гражданина Старостина.

Иванов Роман – Перед этим вы говорили, что я со Старостиным рядом находился, когда вы ко мне обращались. Какие мы действия предприняли после, якобы, вашего обращения?

Айнулов – Вы постоянно высказывали своё недовольство, и говорили, что не будете исполнять наши требования.

Иванов Роман – А какие были требования? Чтобы я отошёл от гражданина Старостина?

Айнулов – Не только от Старостина. Вы постоянно…

Иванов Роман – После этих требований мы соблюли дистанцию?

Айнулов – Нет. Он так же продолжал стоять с вами. 

Иванов Роман – Соответственно он тоже не выполнил ваши требования?

Айнулов – Я не так. Секундочку. Вы ничего не соблюли, а Старостин отошёл в сторону.

Иванов Роман – То есть, дистанция между нами увеличилась.

Айнулов – Да. Но, не смотря на это, вы начали общаться с другими людьми, и Карасёв вам постоянно делал замечания.

Иванов Роман – И пошёл к другим людям…

Айнулов – Да, вы стали общаться с другими людьми.

Иванов Роман – После того, как Старостин отошёл от меня, как вы говорите, социальная дистанция у нас появилась. Значит, мы выполнили ваше требование. Если допустить, что это вообще было.

Айнулов – Изначально примерно 3-4 раза, когда вам Карасёв говорил, вы общались с разными людьми. Со Старостиным когда вы говорили, он несколько раз вам сказал: «Отойдите. Не общайтесь». Вы это не исполняли. Вы это игнорировали.

Иванов Роман – И я не исполнял требования, и Старостин, получается, тоже.

Айнулов – Так вы сами с ним общались.

Иванов Роман – Почему только я? Когда происходит общение – два человека общаются между собой.

Айнулов  – Ну там не два человека. Вы общались и со Старостиным, и с другими лицами.

Иванов Роман – Мы сейчас говорим о конкретном эпизоде, если всё так было на самом деле. Хотя я утверждаю, что вообще ничего такого не было. Вы к нам обратились. Николай Старостин отошёл от меня. Соответственно, социальная дистанция появилась. Почему же вы утверждаете, что я проявил неповиновение, если нарушение прекратилось в этот момент?

Айнулов – Вам много раз говорили о том, что необходимо увеличить дистанцию.

Иванов Роман – Но она же увеличилась.

Айнулов – Разве вы были инициатором? По-моему, Старостин отошёл сам от вас.

Иванов Роман – А какая разница, кто отошёл? Даже если допустить, что что-то подобное было, о чём вы говорите.

Айнулов – Большая. Так потом опять. Вы начали общаться с другими людьми. И после этого вам также всё время Карасёв говорил: не надо этого делать. Вы игнорировали всё это.

Иванов Роман – И другие люди, с которыми я разговаривал, получается, тоже игнорировали.

Айнулов – Вы сами подходили к людям и с ними беседовали.

Иванов Роман – И что происходило, когда я подходил к другим людям?

Айнулов – Вас снова уведомляли, что вы нарушаете социальную дистанцию.

Иванов Роман – Прям за мной ходил сотрудник полиции?

Айнулов – Да. Вы ведь постоянно находились в окружении сотрудников полиции, если вы не помните.

Иванов Роман – Но за мной ходил один сотрудник полиции, как вы утверждаете – Карасёв.

Айнулов – Нет. И Карасёв был, и я ходил за вами. Карасёв все время говорил вам, что необходимо прекратить действия и необходимо увеличить дистанцию. Отойти от человека и не общаться на близкой дистанции. И вам постоянно говорили про закон.

Иванов Роман – Чем заканчивались эти обращения? Социальная дистанция появлялась?

Айнулов – Вы игнорировали эти обращения все.

Иванов Роман – А другой гражданин, с которым я якобы стоял, он тоже не реагировал никак?

Айнулов – Вы не давали ему отойти.

Иванов Роман – То есть я держал граждан?

Айнулов – Вы не то что держали, вы продолжали общаться с ними.

Иванов Роман – То есть, я шёл за ними, что ли?

Айнулов – Только после того, как сотрудник полиции им говорил: “Отойдите, вам надо сидеть дома”. Граждане только после этого отходили. А вы никак не реагировали.

Иванов Роман – Сколько таких эпизодов, на ваш взгляд, произошло?

Айнулов – Я не могу сказать.

Иванов Роман – К скольким гражданам из присутствовавших в этом месте я специально подходил?

Айнулов – Не менее четырёх.

Иванов Роман – И каждый раз, когда я подходил, или вы, или Карасёв обращались ко мне.

Айнулов – Конечно. Вы же постоянно были в окружении сотрудников полиции. Вам объясняли, что надо это всё прекратить. Граждане спокойные, всё понимали. Вы же игнорировали.

Иванов Роман – А другие граждане?

Айнулов – Граждане уходили. Граждане уходили домой.

Иванов Роман – Значит, никого уже не должно было быть там, когда меня задерживали.

Айнулов – Нет. Не все же ушли.

Иванов Роман – После ваших обращений, которые как вы утверждаете, были, что происходило? Социальная дистанция появлялась?

Судья – Вы уже задавали этот вопрос.

Иванов Роман – Оба сотрудника полиции лжесвидетельствуют. То что они говорят – этого вообще ничего не происходило.

Адвокат – Почему вы, как руководитель, видя неоднократные нарушения со стороны Иванова, не дали распоряжение о ведении видеосъёмки для фиксации данных событий?

Айнулов – Это что, обязательно? Там и без меня народу хватало. Я думаю, кто-то снимал на видео.

Судья – Вы, как начальник отдела полиции, можете предоставить в качестве свидетелей задерживавших сотрудников полиции Слюсарёва и Демешко?

Айнулов – Так… Слюсарёв у нас на больничном. А Демешко – в отпуске.

Суд по делу Романа Иванова. Лжесвидетельство сотрудников полиции Карасёва и Айнулова

Н.Старостин – свидетель, выступивший в суде

Николай Старостин – Мне Иванов Роман позвонил на мобильный телефон примерно в 12 часов дня. Сказал, что жители вышли на улицу в связи с тем, что ведутся незаконные земляные работы по прокладке ливневой канализации через Верхний Комитетский лес и могут рубиться деревья в количестве больше 90 штуки кустарников более 80 штук. Спросил – хочешь ли подъехать? Потому что я представитель партии «Яблоко» и в координационный совет города вхожу. Я согласился. И я туда подъехал. Там собрались жители. Примерно человек десять. Роман и я были. Жители звонили на личный номер Александра Ходырева. Он ответил. Это был его голос. Он сказал: «Я в курсе, но я приехать сейчас не могу, принимаю пациентов». Так он выразился. Он действительно в больнице был и потом в гипермаркете «Глобус». Но по факту, да – он не приехал. Жители начали ждать дальнейших действий строителей. Никто им не препятствовал, и никаких незаконных действий не происходило. Стояли где-то минут десять. Все же ждали, что Ходырев приедет. Потом подъехал наряд полиции. Примерно десять человек. Приехал начальник Болшевского отделения Айнулов. И был Карасёв. Один из сотрудников полиции подозвал меня, Романа и ещё нескольких жителей и сказал, что нужно сказать жителям разойтись. Чтобы вы не нарушали санитарно-эпидемиологическую обстановку, а мы тогда приостановим работы. Я сказал, что я не решаю такой вопрос, потому что я не лидер инициативной группы. И Рома тоже не лидер инициативной группы. Но я знаю, кто им является – это Светлана Аввакумова. Я отошёл к ней, чтобы сказать об этом компромиссном решении. Она объявит, чтобы все разошлись, а полиция приостановит работы и затребует документы. В этот момент я со Светланой разговаривал, а Роман остался разговаривать с полицейскими. Они спокойно разговаривали. Потом я увидел, что Роман с сотрудниками полиции пошли в их машину. Он спокойно сел в машину. Из машины он мне позвонил с вопросом: «Тут протокол хотят составить, подъехать в ОВД. На сколько меня могут задержать?». Я сказал – до трёх часов. Роман сказал: «Все нормально тогда, я сейчас съезжу и вернусь». И он уехал. Тогда Карасёв сказал: «Давайте, выписывайте всем предупреждения за нарушение статьи о санитарно-эпидемиологической обстановки». Но по факту никому ничего не выписывалось. Только я сказал – мне выпишите и Аввакумовой тоже. Нам и выписали. Там 15 минут на сборы, а потом нас могли задержать. И все просто разошлись и никого не задержали. Айнулов с Карасёвым отдельно ещё вышли переговорили в лесочке. И в результате работы приостановили. Жители начали расходиться, и я тоже ушёл вместе со Светланой Аввакумовой. Я переговорил с Ромой по телефону, сказал, что подойду к ОВД и тебя там дождусь. Мы с ещё одним человеком пошли в ОВД. По пути я несколько раз звонил Роману. Он мне отвечал, что все нормально, надо подписать много бумаг, и он скоро выйдет. Мы ждали. 40 минут. Потом ещё раз позвонили, и телефон уже не отвечал. Мы подождали ещё час. Это уже было примерно 5 часов вечера. Мы решили по домам разойтись, а Роман пусть нас догонит, так как думали, что всё нормально, и он выйдет. В этот момент мне позвонила его супруга, Мария. Она сказала, что не может дозвониться до Романа. Я сказал, что тоже не могу. Она попросила зайти в отделение и узнать, в чём дело. Я зашёл. Там дежурный сидит. Он находился в шоке, так как ему полгорода звонит насчёт Романа, а тут ещё я пришёл. Я узнал, на основании чего Роман задержан и когда выйдет. Мне было сказано – он не выйдет, потому что он задержан не только по первой статье, но ещё и по 19.3 «неповиновение законному требованию сотрудников полиции». Административный арест. Я Марии набрал и сообщил, что его не выпускают. Дальше я ушёл.

Судья – Подробнее расскажите о событиях, которые происходили на улице Соколова. Как вёл себя Роман Викторович, что он там делал, как вели себя сотрудники полиции?

Николай Старостин – Роман вёл себя спокойно. Он приехал с видеокамерой, чтобы заснять ситуацию. Он мне сказал, что как журналист. Он хотел заснять, как происходят работы, будут ли рубить деревья. И снять, как приедет Александр Ходырев. Он начал всё снимать. Рабочие, кстати, тоже снимали. Потом появилась договоренность, что камеры выключатся, когда сотрудники полиции приехали. Каких-то выкриков или угроз не было с обеих сторон. Роман не провоцировал никого. Как вели себя сотрудники полиции? Они понимали ситуацию. Потому что я попросил пару сотрудников полиции объяснить, на основании чего они приехали? Один из сотрудников сказал, что поступила заявка в дежурную часть о собрании жителей, которые нарушают санитарно-эпидемиологические нормы. И, якобы, это сообщил один из рабочих. Сотрудники полиции вели себя спокойно. Они по-человечески всё понимали и хотели приостановить работы до выяснения обстоятельств. Обещали потребовать документы, которые жителям не выдают. Но рабочие сказали, что документы не могут предоставить, так как начальство не разрешает это делать. Полицейские сказали – вызывайте начальство. И жителей спрашивали – будете расходиться или нет? Ответ был – приостановите работы, тогда разойдёмся.

Судья – Я так понял, что с Ивановым вы знакомы.

Николай Старостин – Да. Больше полугода.

Судья – Вы упоминали фамилии Карасёв и Айнулов. Вы их тоже знаете?

Николай Старостин – С Карасёвым я сталкивался больше года назад, когда обжаловал действия полиции.

Судья – данные сотрудники обращались к Иванову?

Николай Старостин – Айнулов, честно говоря, не заметил. А Карасёв обращался к нему. Я в этот момент присутствовал.

Судья – Вы рядом находились?

Николай Старостин – Насколько я помню – да. Это ещё до того, как я отошёл к Светлане. Карасёв спросил – что здесь происходит? Роман ему объяснил, я тоже объяснил. Дальше разговора я не знаю точно.

Судья – Ещё по каким-то вопросам Карасёв к кому-то из вас обращался?

Николай Старостин – Нет.

Судья – Сотрудники полиции что-то разъясняли персонально или обращаясь ко всем?

Николай Старостин – Персонально ничего не разъяснялось. Даже когда я сказал, дайте мне для отчетности уведомление, они спросили – а зачем тебе это надо? Светлане тоже выписали и больше никому.

Судья – Устно полицейские поясняли?

Николай Старостин – Нет. Потому что, я так понял, что не только их кто-то из рабочих вызвал, что жители нарушают санитарно-эпидемиологические нормы, но и кто-то из жителей тоже, по поводу незаконных работ. И сотрудники полиции вели себя там, как зрители. Айнулов просто похаживал туда-сюда.

Судья – Карасёв к вам подошёл, когда вы разговаривали с Ивановым?

Николай Старостин – Да.

Судья – На каком расстоянии вы находились друг от друга?

Николай Старостин – Вот как сейчас (1 метр).

Судья – И что сказал Карасёв?

Николай Старостин – Нас вызвали, расскажите, что тут происходит? Роман им рассказал и спросил, могут ли они приостановить работы? Карасёв сказал, что будет разбираться в ситуации, и интересовался, кто тут лидер. Потом я отошёл к Светлане, которая сказала, что никуда не уйдёт, пока не остановят работы. В этот момент там и остались Карасёв, Иванов и несколько сотрудников полиции и несколько жителей. А вот потом уже, когда Романа забрали, он добровольно сел в машину полиции и уехал, я спросил у сотрудников полиции, на основании чего они приехали. У меня просто было предположение, что это жители их вызвали в связи с земляными работами и рубкой зелёных насаждений. Но они просто просили разойтись, не поясняя, в связи с чем. Карасёв сказал – выпишите им уведомления и 15 минут на сборы. Но все жители сами разошлись. А я сам попросил выписать мне уведомление, и Светлане выписали тоже. Но это уже под конец было. А сотрудники полиции говорили, что понимают переживания жителей.

Судья – Всех устроила ситуация, что сотрудники приостановят работы и всё выяснят?

Николай Старостин – Они понимали ситуацию, что тут происходит. Поэтому и полиция вела себя корректно и не хотела спровоцировать жителей.

Судья – То есть, от сотрудников полиции, кроме предложения разойтись до выяснения ситуации, других предложений не поступало?

Николай Старостин – Не поступало. А уведомление, которое я потом взял, в нём говорится, что оно выдаётся тем, кто старше 65 или имеет хронические заболевания. Поэтому полицейский сказал – а оно вообще тебе надо?

Адвокат – Вы, когда разговаривали с Романом, социальную дистанцию соблюдали? Примерно метр.

Николай Старостин – Примерно метр.

Адвокат – Из поведения Романа было ли видно, что он подходит близко к гражданам, пристаёт к ним?

Николай Старостин – Он не приставал. Не подходил. Иногда узнавал что-то на расстоянии. Спрашивал что-то. Мне тоже что-то говорил.

Иванов Роман – У нас были такие моменты, когда надо было переговорить. Насколько длинными были наши диалоги?

Николай Старостин – минут 5. Отойду – подойду. Это до приезда полиции было.

Роман Иванов – Когда мы разговаривали, подходил ли к нам кто-то из сотрудников полиции и говорили, что я должен от тебя отойти, так как я нарушаю социальную дистанцию?

Николай Старостин – Вот именно с таким требованиям сотрудники полиции не подходили.

Роман Иванов – Видел ли ты, чтобы я подходил к другим людям и сотрудники полиции делали мне предупреждения о нарушении социальной дистанции?

Николай Старостин – Таких предупреждений я не слышал.

Роман Иванов – Подзывал ли меня к себе подполковник Карасёв?

Николай Старостин – Подзывал.

Роман Иванов – Ты слышал, о чём мы разговаривали?

Николай Старостин – Что здесь происходит? – вопрос у него был.

Роман Иванов – Через какое время после появления сотрудников полиции меня задержали?

Николай Старостин – Минут от 6 до 8.

Роман Иванов – Слышал ли ты за это время, чтобы ко мне неоднократно предъявлялось требование соблюдать социальную дистанцию и покинуть это место?

Николай Старостин – Такого не было.

Роман Иванов – Когда меня задержали, жители в том же составе присутствовали или уже разошлись?

Николай Старостин – Однозначно скажу – в том же составе. Это потом, когда Романа забрали, и еще минут 10 прошло, люди стали расходиться.

Роман Иванов – Было ли такое, как утверждает начальник полиции Айнулов, что мы с тобой стояли в обнимку и ты висел у меня на плече, в течение нескольких минут?

Николай Старостин – Это он так дословно? Ни на каком плече я ни у кого не висел. Если у кого-то там фантазии сексуального характера…

Судья – По поводу такого, никто, конечно, не имел в виду. Но вы там переговаривались, и кто-то на ухо что-то говорил.

Николай Старостин – Мы в открытую говорили. Ничего такого не было.

Роман Иванов – Если ты видел момент моего задержания, как я себя вёл?

Николай Старостин – Я находился на расстоянии. Первый сотрудник пошёл. Второй. И Рома за ними пошёл спокойно. И ещё один сотрудник за ним. Силой никто не вёл. Я так понял, что в машине у них протокол, и его просто составить надо будет. Я думал, сейчас выпишут ему штраф, и он выйдет.

Суд по делу Романа Иванова. Свидетель Николай Старостин.

Евгения Архипова – свидетель

Евгения Архипова – Я слышала, что спросили у тебя – ты работаешь на телевидении, что ты тут делаешь? Я им говорю, что у него сайт Честный Королёв. Я такую фразу запомнила, что они (полицейские) сказали: «А он нам нужен как раз».

Роман Иванов – Как полиция себя вела по отношению ко мне, и как я себя вёл?

Евгения Архипова – Я стояла недалеко от тебя. Полиция тебе при задержании сказала, что ты нарушил санитарно-эпидемиологический режим и должен проследовать в отделение для составления протокола и что это штраф 15000 рублей. То же говорили и мне, но меня никуда не отвели. А ты не сопротивляясь проследовал с полицейскими.

Роман Иванов – А до того как меня задержали?

Евгения Архипова – Люди оставались на местах и между собой разговаривали. Все стояли и не расходились.

Роман Иванов – Полицейские мне предъявляли какие-то требования?

Евгения Архипова – Никаких требований я не слышала.

Инга Прусова – свидетель

Инга Прусова – Они начали задавать вам вопросы. Вы спокойно отвечали. Все было тихо-мирно. Рядом все люди стояли. Никаких вообще проблем не наблюдалось. Потом уже увидели, что вас уводят и все тихо, мирно и спокойно. Ни на кого вы не кидались и ни с кем не ругались.

Роман Иванов – А полицейские говорят, что я ко всем приставал и им приходилось убеждать меня отойти от людей.

Инга Прусова – Я такого не видела.

Роман Иванов – Меня забрали, когда все люди ещё были там и никто еще не разошёлся по домам?

Инга Прусова – Мы ещё оставались. Потом все начали говорить, что вас забрали. А мы ещё стояли. Я уже ушла, а люди ещё долго стояли.

Роман Иванов – Вы слышали, о чем полицейские со мной говорили?

Инга Прусова – Нет. Я немного дальше стояла и смотрела. Слышала только обрывки фраз про деревья. Но к нам тоже уже в этот момент подошла полиция и что-то спрашивала. Но я говорю, что всё было тихо и никакого сопротивления я не видела.

Роман Иванов – Полицейские говорят, что я очень близко подходил к людям и даже чуть ли не в обнимку стоял с Николаем Старостиным.

Инга Прусова – Такого не было. И ко мне близко никто не подходил, и я подальше отходила, и вы всё время отходили от людей. Никаких проблем, на мой взгляд, не было.

Мария Бочарова – свидетель

Мария Бочарова – Появилось много полицейских. Они стали проводить съёмку. И потом полицейские подошли к Роману и сказали ему, что нужно сделать так, чтобы все разошлись. На что Роман сказал, что он людей здесь не собирал и расходиться по его воле никто не будет, так как он не организатор происходящего. После этого я отошла в сторону. Там был ещё какой-то диалог между гражданами. Роман ни к кому близко не подходил. Никаких противоправных действий не совершал. Сотрудники полиции попросили его проехать в отделение, он без сопротивления проследовал по первому требованию.

Суд по делу Романа Иванова. Свидетели.

Решение судьи И.В.Ромашина

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here